Ещё при жизни Чарльза Диккенса читатели относились к героям его книг как к близким: например, переживали за судьбу Пола Домби. Даже сам писатель говорил, что персонажи общаются с ним. «Диккенс не раз предупреждал миссис Гамп из романа „Мартин Чезлвит“: если она не научится вести себя прилично, он вообще не уделит ей больше ни строчки!» – замечал редактор британского журнала The Fortnightly Review.
Автор стал одним из первых «селебрити». Тогда слово только попало в Оксфордский словарь – не без помощи писателя. Он купался в лучах славы, вёл себя эмоционально и в целом был так популярен, что люди без его согласия стали делать «мерч»: пьесы и книги по мотивам романа «Посмертные записки Пиквикского клуба». Они наживались на истории, поэтому английский писатель стал бороться за авторские права на свои истории.
Диккенс верил в потусторонние силы. Вместе с поэтом Уильямом Йейтсом и писателем Артуром Конан Дойлом он был участником «Клуба привидений», где проводились спиритические сеансы.