больше всего меня раздражали в книге те философские части, которые, казалось, никогда не кончатся. Иногда мне казалось, что я читаю учебник философии, а не литературное произведение. Особенно в конце, когда сюжетная линия с Анной закончилась, а Левин продолжал думать о своей связи с религией.
было действительно трудно вникнуть, и в некоторых местах я поймал себя на том, что отвлекаюсь, читаю книгу и не имею ни малейшего представления о том, что происходит. Временами Анна чувствовала себя раздражительной, но как человек, который знает, что такое депрессия, я отчасти могла ее понять.