Это не роман, а прощальный след. Черновые наброски, которые Набоков писал уже в больнице. Читать их всё равно что смотреть сквозь запотевшее стекло: обрывки диалогов, образы, сцены — ничего не ясно до конца. Но у автора была своя методика написания.
Очевидно одно, если бы роман был завершён, он получился бы провокационным и, возможно, болезненным для восприятия.
Интересный момен - в тексте внезапно встречается имя Юкио Мисимы, которого я читала его буквально перед этим, и это столкновение двух мировоззрений, японского и набоковского - удивительный опыт