Пользователь скрыл свои данные06.08.2026
Кропоткин верил, что человек – не средство, а цель. И цель эта не может быть достигнута деспотичными методами. Насилие, по мнению Кропоткина, развращает как тех, против кого оно направлено, так и тех, кто его совершает. Хотя Кропоткин, будучи материалистом и атеистом, не использовал термин «святость» (в значении принадлежности Богу), для него любая человеческая жизнь имела абсолютную, непреходящую ценность. И вывел он это не столько из метафизики, сколько из своей естественно-научной деятельности: вся эволюция, по Кропоткину, движется от простого к сложному. Вершиной её является свободная, сознательная человеческая личность. Следовательно, каждый человек – носитель уникального творческого потенциала. Уничтожить даже одного человека – значит совершить преступление против самого вектора эволюции. Кропоткин спорит с ошибкой, которая сводит «любовь к ближнему» к эмоции. Например, спасатель, прыгающий в ледяную воду за незнакомцем, не испытывает к нему особой любви в психологическом смысле: он не знает его характера, убеждений, у него нет времени на чувства. Но в этом атеист Кропоткин невероятно близок к христианству: любовь – это не эмоция, это акт воли. Любить – значит желать и делать благо другому.