Пятьдесят месяцев японской интервенции в Сибири вобрали в себя экзистенциальный кризис, настигший Японию по окончании Первой мировой войны.
Политическая элита и военные, интеллектуалы и семьи военнослужащих в небольших гарнизонах - все они восприняли интервенцию как проверку того, сумеет ли Япония найти свое место в послевоенном миропорядке.
И в стране, и за рубежом действия Японии в Сибири рассматривались как доказательство способности нации шагать в ногу со временем - временем триумфа конституционной демократии и вильсоновского интернационализма.
Характер самой интервенции отражает процесс борьбы за ответственное принятие решений правительством и установление контроля общества над