В поэзии Виктора Багрова развёрнута ранимая интимная драматургия, где ядро, центр "драмы" -осознание отсутствия точки закреплённости в составе события (места) и одновременно яростный поиск знака "ограничителя", за которым видится ясный горизонт сути размытых перед взглядом предметов, постоянно обрывающих "свой собственный след". Такой парадокс заключён в движении сквозь призму ускользающих частиц разъятого мира, возможности "отлова" мгновений в зазоре их отчуждения, во времени остановки в теле речи. Проявление этой возможности, по-моему, - яркая и самобытная черта поэзии автора книги. Вбирание и выговаривание спектра вещей через мерцающее марево "степи очевидного" не позволяет им - перед взг