Раз уж речь зашла об Онегине, то нелишне заметить, что на самом деле «Онегин» — это не литературный (читай — вымышленный) бренд, а живая матрица человеческих отношений. Наверное, именно поэтому досужий хрестоматийный интерес всегда испытывал досаду по поводу незавершенности поэмы. Читая роман Александра Солина, трудно избавиться от мысли, что он вовсе не о том, удастся ли современной Татьяне вернуть своего Онегина. Скорее, роман этот есть похвальная попытка автора вернуть русскому лите ратурному языку его законное место, с чем мы всех нас и поздравляем.