Когда двадцатисемилетний Марк Шлютер попадает в автокатастрофу, его старшая сестра Карин против своей воли возвращается в родной город ухаживать за братом. Но тот, выйдя из комы, считает, что ее заменил полностью идентичный двойник, который, возможно, желает ему зла,— пусть он и выглядит, действует и говорит как его родная сестра. Отчаявшись, Карин обращается за помощью к признанному нейрологу, настоящей звезде медицины, Джеральду Веберу. Он приезжает, ухватившись за возможность изучить редкий с
- -17%
Создатель эха
Купили 129 человек
Описание и характеристики
3 причины купить эту книгу:
- 1. Новинка в серии «Великие романы».
- 2. От автора книг «Замешательство» и «Верхний ярус».
- 3. Финалист Пулитцеровской премии.
- Тип обложки Твёрдый переплёт
- Кол-во стр. 672
- Вес 737 г
- Издательство АСТ
- Издательский бренд Астрель СПб
- Серия Великие романы
- Автор Ричард Пауэрс
- Переводчик Анастасия Колесова
- Тип бумаги Офсет
- Размер 3.3x14.5x21.8
- ID товара 3122393
- ISBN 978-5-17-147642-7
- Возрастное ограничение 18+
Отзывы
Сначала новые
Я уже читала его книгу про деревья и тогда она мне очень сильно понравилась. Тема, которая раскрывается в книге- это тема памяти, и о том, насколько она хрупкая, и как она может рассыпаться в один момент. Книга для ценителей интеллектуальной прозы, написана не сухо. Но в этой книге также много и отчаяния, попыток хоть как-то удержать память через истории других людей. Сам Марк мне очень понравился.
Плюсы
Все
Минусы
Нет
«Я» — это черновик, торопливо составленный целым комитетом для неопытного младшего редактора в надежде, что тот пропустит текст в печать».
Каждый одинокий и несчастный человек несчастен и одинок по-своему. Двадцатисемилетний простак Марк после тяжёлой аварии приходит в себя с синдромом Капгра — он не узнаёт свою родную сестру, свою собаку и свой дом, всё самое близкое и дорогое, что у него было. Ему кажется, что всё это подменили на не очень качественные подделки. Карин, сестра Марка, страдает от кризиса среднего возраста, в свои тридцать с небольшим она чувствует, что не только до сих пор не нашла себя, но и растеряла то, что было — в попытках понравиться мужчинам, работодателям, родителям, всем. Джеральд Вебер, маститый нейробиолог и писатель — популяризатор науки, которого пригласили осмотреть Марка, тоже находится в отчаянии и нравственном и карьерном тупике.
Каждый одинокий и несчастный человек несчастен и одинок по-своему. Двадцатисемилетний простак Марк после тяжёлой аварии приходит в себя с синдромом Капгра — он не узнаёт свою родную сестру, свою собаку и свой дом, всё самое близкое и дорогое, что у него было. Ему кажется, что всё это подменили на не очень качественные подделки. Карин, сестра Марка, страдает от кризиса среднего возраста, в свои тридцать с небольшим она чувствует, что не только до сих пор не нашла себя, но и растеряла то, что было — в попытках понравиться мужчинам, работодателям, родителям, всем. Джеральд Вебер, маститый нейробиолог и писатель — популяризатор науки, которого пригласили осмотреть Марка, тоже находится в отчаянии и нравственном и карьерном тупике.
Книга меланхоличная, туманная, пропитанная криками журавлей и запахом степного ветра Небраски. Пауэрс проводит невероятно красивую параллель : птицы с их инстинктами и вечными маршрутами кажутся более " цельными" и настоящими, чем люди, запутавшиеся в скоих нейронных связях. Описание природы здесь - это чистая поэзия, масштабная и вечная. Понравится тем, кто любит психологические головоломки.
Признаю мощь таланта автора. Идея романа блестяща, некоторые сцены незабываемы, особенно первые главы с Марком, которые просто леденят душу. Но есть ощущение холодной, расчетливо построенной литературной конструкции, где каждый персонаж кажется носителем определенной авторской идеи, привязанной либо к травме персонажа, либо к вере в достижения науки или просто ностальгии главных героев. Их страдания интеллектуально безупречны, но иногда не хватает искры чисто человеческой, иррациональной непоследовательности. Как будто автор собрал идеальную машину для генерации смыслов - и она гудит, поражает сложностью, но ее лязг немного отстраненный.
Восхищаюсь хитрым и сложным построением романа, но как переживание так и не зацепило до глубины души.
Восхищаюсь хитрым и сложным построением романа, но как переживание так и не зацепило до глубины души.