В этом романе переплетаются дороги и судьбы, свадьбы и похороны. Рыдания сменяет гомерический хохот, и нет ни одного вменяемого персонажа, ни одного нормального человека - гражданина и семьянина. Почти как в жизни. Один из героев ненавидит свое имя, делает татуировки умершим и самозабвенно врет случайным знакомым. Другой - глухонемой кузнец в маленькой деревне, гоняет на мотоцикле и предается любви с местными вдовами и перезревшими красавицами. А героиня мечтает родить нового Гитлера или новую Клеопатру - чадо, которое так или иначе прославит свою мать и впишет ее имя в историю. И наконец, еще один странный персонаж, который едва ли можно назвать человеком. У каждого из них имеются тайные же