Его терзает подозрение - а если смерть еще ужаснее, чем представлялось, а если разум ждет посмертная жизнь, то есть - ад. Сознание остается в этой клетке - ослепшее, оглохшее - и переживает каждый миг разложения тела. Он боится, что почувствует скальпель патологоанатома, жжение бальзамирующих растворов, пламя крематория. Больше всего он страшится очнуться в темноте, мертвым, но все еще "здесь" - в шести футах под землей, погребенным навеки. Тогда ему откроется ужасная истина, скрытая от живых: с