Желание воссоздать реальный образ Григория Распутина возникло у автора после прочтения одноименного опуса Эдварда Радзинского, написанного языком язвительного насмешника. У выросшего в российском обществе человека он вызывает в лучшем случае недоумение. Но даже в обличительной задумке скептически настроенного писателя образ хитрого и надменного «мужика» не получился: между строк при подборе реальных исторических фактов просматривается явное непонимание сущности героя — одаренной уникальной личности и искреннего защитника российской монархии. При этом в поисках некой надуманной «тайны» налицо огромное желание профессионального сатирика принизить самобытные способности Распутина, исказить его