Рассказы таинственного персонажа, чьего имени мы никогда не узнаем (а вдруг его и нет?), названного с лёгкой руки одной древнегреческой девочки «пьяным просодом» (а ведь он никогда не пил ничего, кроме молока!) — не что иное, как Книга Жизней (одной? или многих?) и Времён (многих — но просвечивающих друг сквозь друга, какое бы расстояние их ни разделяло). А главная её героиня — нет, не ускользающий от имени просод и его собеседница, но — прозрачная, проницаемая в обе стороны — граница между жизн