На исходе одиннадцатого часа в конторе Илиаса Финкеля все еще горела лампа. Ростовщик и граф Батьяни сидели у письменного стола и вели вполголоса довольно оживленную беседу. — Черт вас знает, Финкель. Вы все тот же старый скряга! — воскликнул граф. — Под мои векселя вы уже дали мне взаймы двадцать тысяч гульденов. А теперь, когда я к вам являюсь снова, в последний раз, и прошу у вас каких-нибудь десять тысяч, вы извиваетесь точно угорь и придумываете всякие отговорки, чтобы только не исполнить моей...