«На свете есть только две вещи, ради которых стоит жить: любовь к красивым девушкам, какова бы она ни была, да новоорлеанский джаз все остальное - одно уродство». А - что же тогда не есть уродство? Истеричные, издерганные богемные кабаки Парижа? Крепкие ругательства затянутых в черное «джазовых девушек» и гениальный бред полупьяных великих музыкантов? «Пена дней» выступает на поверхности Латинского квартала. И снимают эту пену - немногие посвященные.