Я чувствую себя одной из тех пленниц, которых допрашивают в любой час дня и ночи, рассчитывая, что изнеможение сделает их более сговорчивыми. Но я и так готова сознаться в любом преступлении, лишь бы мне дали поспать... Да, я виновата. Виновата в том, что убила желание, делавшее наш союз невыносимым. Сажайте меня за это в тюрьму, может быть, там я наконец познаю покой. . . . . . . . . . . .