У нее были глаза цвета крыжовника, ярко-рыжие волосы, похожие на пламя, в ней была грация древнегреческой менады. Для него она — ослепительна и... недосягаема. Куда ему, без роду без племени, без блеска и перспектив, в калашный ряд! Мечтать стыдно — не то что надеяться! Но когда Глеб стал замечать, что во взгляде богини все чаще сквозит грусть, а весь облик выражает скорбь, когда пару раз встретил ее пошатывающейся от чрезмерно выпитого, он решил, что вправе вмешаться в ее личное дело. Отважиться на помощь, осмелиться утешить, спасти — такие чувства возникают лишь у тех, кто действительно любит. Страшно, когда эти решения не приходят в голову самым близким людям. . . . . . . . . . . . . . .