«Я жалею свои юные годы. Я бы иначе их прожил. Вообще юность под Сталиным вспоминается как полоса полнейшей бессмыслицы, какое-то потерянное время. Хотя на самом деле оно, может, и не было потерянным. Потому что в этой забубённой хаотической жизни возникло такое, я бы сказал, спонтанное сопротивление: "Да катитесь вы все к чертовой .матери! Ничего я не боюсь!" И это давало какое-то определенное мужество».