Сергей Эйзенштейн видел в кино синтез разных искусств, "искусство будущего" в вагнеровском смысле. Однако фильм - это не только медиум для Gesamtkunstwerk, он обладает своей эстетикой и своим языком. Наррация фильма предполагает ограничения и табу, заданные и киноязыком, и способом наррации, и ее предметом. Как кинонарратив балансирует на грани своего бытия? Какие фильмы становятся площадкой для экспериментов над кинематографической природой фильма? Существуют ли запрещенные приемы и запретные темы? Как связаны апофатика и киноискусство? В центре внимания авторов сборника "сумеречная зона" - пределы и пограничные области киноязыка и кинотекста.