Люди мало знают даже о самих себе. Не совсем люди зачастую тоже не догадываются, что в них скрыто. Частный сыщик Виктор Туманов, до недавнего времени уверенный в том, что он стопроцентный человек, теперь и не знает, что о себе думать. Что он не человек, доказано. Но кто тогда? Вечный или Хамелеон? Или ни то, ни другое?
Туманову очень важно это знать, поскольку он оказался меж двух тяжелых жерновов — Кланом Хамелеонов с одной стороны и Цехом Вечных с другой. Да поначалу Туманов принял сторону
Туманову очень важно это знать, поскольку он оказался меж двух тяжелых жерновов — Кланом Хамелеонов с одной стороны и Цехом Вечных с другой. Да поначалу Туманов принял сторону
- -17%
Формула вечности. Инстинкт гнева 2
Описание и характеристики
Туманову очень важно это знать, поскольку он оказался меж двух тяжелых жерновов — Кланом Хамелеонов с одной стороны и Цехом Вечных с другой. Да поначалу Туманов принял сторону бессмертных и таких близких по духу Вечных, но попавшийся в ловушку Хамелеон пробудил в душе сыщика сомнения.
Ведь не исключено, что Туманов это тот самый мальчик, потерянный двести лет назад одним из Вечных, надворным советником Лукьяновым. Плод запретной любви Вечной женщины и Хамелеона. Избранный из древнего пророчества. Впрочем, так это или нет не важно. Остановить «жернова», а заодно, возможно, и войну между Кланом и Цехом кроме Туманова все равно некому.
- Тип обложки Твёрдый переплёт
- Кол-во стр. 360
- Вес 566 г
- Год издания 2020
- Издательство Т8 RUGRAM(Шалыгин / RUGRAM)
- Серия Миры Вячеслава Шалыгина
- Автор Вячеслав Владимирович Шалыгин
- Размер 0x22x14
- ID товара 362248
- ISBN 978-5-517-01646-1
- Возрастное ограничение 16+
Отзывы
История мальчика, потерявшегося двести лет назад, придала всей конструкции нужную человеческую занозу. Без неё разговоры о бессмертии быстро стали бы душноватой философией. Есть у автора привычка объяснить уже понятное ещё раз, это бесило. Зато действие потом разгоняется прилично. И мне понравилась сама мысль, что очень долгая жизнь вовсе не делает человека мудрым автоматически. Иногда она просто даёт ему больше времени выращивать старую обиду. Вот это, пожалуй, осталось главным послевкусием.