После смерти Дельвига вряд ли к кому-нибудь из друзей, кроме, может быть, Жуковского и порой Плетнева — поэт относился с такой нежностью, как к П.В. Нащокину. С большой теплотой отзывается Пушкин о друге в письмах к жене: «Нащокин здесь одна моя отрада», «Любит меня один Нащокин». Многолетняя переписка Пушкина и Нащокина свидетельствует об их исключительной привязанности друг к другу и полной дружеской откровенности. Помимо дружеской любви и общих житейских интересов, Пушкина и Нащокина больше в