Бела + Макс

Это книжка для тех, кто успел пожить и при коммунистах, и при капиталистах. И ещё про город Верный и Алма-Ату советскую, которой уже нет на картах. И, конечно, про Алмату постсоветскую, начало которой было положено в декабре 1986 года, когда впервые в СССР пролилась первая кровь участников так называемого народного протеста против русских оккупантов и тех, кто этому противостоял - курсантов алма-атинского военного пограничного училища, дружинников, милиции.... Текст производит достойное впечатление, причинно-следственные связи описываемых событий образуют единую цепь....

Одну из важнейших ролей в описании окружающего мира играет цвет, он ощутимо изменяется во время смены сюжетов. Сюжет произведения захватывающий, стилистически яркий, интригующий с первых же страниц. Яркие пейзажи, необъятные горизонты и насыщенные цвета - все это усиливает глубину восприятия и будоражит воображение. Опытным путем вы можете проверить это сами, если прочтёте бесплатный ознакомительный фрагмент романа.

Минусы текста мне не увиделись. Кроме одного - название Бела + Макс и жанр новогодний роман - оставляют впечатление, что это любовный роман, но это не так. Это роман о жизни и смерти, о верности и предательстве, о том, что мысль - это поступок, и много ещё о чём.

Сам черт прежде ослепнет, чем разберет и поймет, что написано в этой книжке. Я читал её полгода назад – знаю, о чём говорю. Я бы добавил надпись на обложке: К 30-летию капиталистического Рая в РФ (1992-2022). И ещё – этот новогодний роман не предполагает аналогию с «Иронией судьбы…» Э. Рязанова, обязательного в новогоднем меню за праздничным столом. Прилагательное новогодний несёт в себе другую нагрузку: не произошла ли здесь подмена понятий? не обманка ли это, что Новый год наступает в ночь с 31 декабря на 1 января?.. А слово роман не означает жанр.
Читатель увидит в книге сплав разных жанров: где-то будут звучать нотки эссе, где-то – публицистики, где-то - традиционного русского письма, где-то – ещё черти чего, чему я не могу найти определений.

«Бела + Макс», написанная от первого лица – ни в коем случае не мемуары. Лишь малая толика текста не лишена биографических деталей. В частности, когда идёт рассказ о недолгой дружбе Макса с маршалом Победы Г.К. Жуковым, о гомерически смешных диалогах с министром обороны Польши В. Ярузельским… о редакционных буднях Гостелерадио, о декабрьских событиях 1986 г. в Алма-Ате, когда в СССР пролилась первая кровь участников народного протеста и тех, кто этому противостоял.

«Бела…», как матрёшка: когда открываешь самую большую, а в ней прячется матрёшка чуть меньших размеров, и так далее.
Рассказывая о четырёх днях (27, 28, 29, 30) декабря 1997 года, автор вместил в них временной отрезок почти в 40 лет (1959-1997).