Отрывок из книги «Лютоволки» Сэйбл Соренсен

В статье мы рассказываем о книгах с рейтингом 18+

Так повелось, что осенью все разговоры сводятся к вампирам. Но если вы уже успели пересмотреть и перечитать «Сумерки», пора выбрать что-то новенькое. Как раз выходит тёмное ромэнтези «Лютоволки» об отважной героине, которая пытается спасти сестру из вампирского плена. А для этого нужно вступить в армию и связать себя с настоящим лютоволком.

Загляните в отрывок, чтобы прочувствовать, какая горячая атмосфера наполняет книгу 🔥

Сэйбл Соренсен

Лютоволки. 1. Узы гнева

Меррин Купер — избранная… а выбрала её лютоволчица. Ещё недавно девушка бы не поверила такому. Она была одним из сильнейших участников уличных боёв, а теперь вынуждена сражаться на войне, чтобы спасти сестру от вампиров. И ещё выдерживать суровые порядки в элитном отряде, где солдат объединяет связь с лютоволками.

2 879 ₽ 2 319 ₽

Предзаказ

В правый глаз по капле стекает кровь. Кап. Кап. Слепит и обжигает. 

Я морщусь, с губ срывается жалобный стон. Черт, кровь в глазу жжется адски. 

Боль настоящая. 

Стон — нет. 

За двадцать три года я хорошо усвоила одно: когда женщине больно, мужчина действует увереннее. В нем просыпается что-то первобытное, инстинкт нашептывает, мол, сила на его стороне, даже если все доводы вопят об обратном. 

Самоуверенный мужчина — беспечный. 

А беспечный — значит легкая добыча. 

Сегодня бой на старом складе белых вин в Южном квартале. Терпко пахнет гниющими фруктами. По краям ринга пылают факелы, освещая нашу схватку и отбрасывая пляшущие тени. 

Толпа затаила дыхание, но даже в тишине ясно — зал полон. 

Отлично. Больше зрителей — больше выигрыш. 

Бум… бум… бум. Противник приближается, ступая медленно и тяжело. Громила, выше меня чуть ли не на целую голову, и наверняка считает себя сильнее. Такому не понять, как опасны худенькие девчонки. 

— Ты еще пожалеешь, что на свет родилась, крошка. Хоронить тебя будут в закрытом гробу, — рычит он. 

Божечки, какой зануда. Но толпа, судя по неистовому реву, в восторге. 

В глаз стекает еще капля крови. Что ж, признаю: правый хук в лоб ему удался.

Притворяясь слабой, я поворачиваю голову и прижимаюсь щекой к утрамбованному земляному полу. В толпе заметно движение — кто-то пробирается вперед, к краю ринга. 

Ли. Похоже, только что с работы. 

Он скрещивает мускулистые руки на широкой груди, безупречно чистая куртка посыльного выделяет его среди замызганных зрителей. Приподняв брови, он смотрит на меня с легкой усмешкой. 

Я будто слышу его низкий голос: «Хватит возиться с ним, Меррин, нам с тобой есть чем заняться». 

Прав он, конечно. Я бы предпочла сейчас сидеть у него на коленях, а не валяться в этой вонючей яме. 

Ладно, пора заканчивать спектакль. 

Противник подходит ближе, и я снова стону, выжидая, пока он не окажется в нужной точке. Он не замечает вполне очевидной ловушки. Этот прием я отыгрываю почти в каждом бою. 

Здоровяк ничего не видит, потому что слишком уверен в себе и ни капли не сомневается, что именно ему предстоит одолеть Меррин Купер, печально известную Бродячую Кошку Восточного квартала. 

Придурок. 

Наконец он подходит совсем близко, собираясь броситься на меня, придавить или задушить. Банально и предсказуемо. Толпа ревет. Зал полон пьяных игроков, молящихся, чтобы их ставка против женщины сыграла. 

Противник склоняется надо мной, его вонючее дыхание бьет в лицо. Теперь мой ход. 

Закидываю ногу ему за бедро и изо всех сил бью пяткой в мягкую часть под коленом. Потом сразу откатываюсь в сторону и вскакиваю. 

— Черт! — Он с грохотом падает, сотрясая ринг. Из его легких с шумом вырывается воздух. 

Он упирается руками в пол, пытаясь подняться, но кто ж ему позволит. Удар ногой в нос — со сладким хрустом ломается хрящ. Алая кровь льется по его лицу, капает на пол. Громила отшатывается, плюхаясь на задницу. 

Не давая ему опомниться, бью коленом в пах, чтобы не рыпался. Потом прижимаю его к полу и молочу кулаками по голове. Убивать его я не собираюсь; это грязная драка, но не настолько. Но он точно не встанет. 

Кулаки в крови, кожа на пальцах трескается под шрамами и мозолями. На миг я позволяю себе насладиться адреналиновым приливом боли и ясностью мысли, которую она приносит. 

А потом давлю громиле на горло локтем — вот уже и задыхается. 

— Сдавайся! 

Отвешиваю звонкую пощечину, просто так, ради драматического эффекта, чтобы его голова дернулась в сторону. 

— Громче. С чувством. Чтоб даже в замке услышали. 

— Сдаюсь! 

Отпустив противника, я встаю под недовольный гул толпы, вытирая со лба кровь. Хозяин вечера, толстяк с густыми усами, выходит на ринг, поднимает мою руку и объявляет: 

— Победила Бродячая Кошка! Следующий бой через двадцать минут!